Category: транспорт

Category was added automatically. Read all entries about "транспорт".

...

Еду в маршрутке. За рулем веселый, здоровеный татарин лет пятидесяти, до смешного похожий на джина из волшебной лампы. В автобус заходит красивая девушка, яблоневый сад просто - ноги как долгие, стройные стволы, грудь как налитый плод, волосы - густая крона.
- Я доеду до Куйбышевского?
Татарин взмахивает руками над рулем:
- Куда скажете, туда и поеду, люди, выходите, я больше не работаю здесь, я ее раб!

...

Весь наземный транспорт, такси Убер, Яндекс и Таксовичков в Питере работают бесплатно.
Кроме того, если вы застряли в центре и не знаете, куда идти - в этих местах вас могут приютить, раздать вайфай и накормить:
Миракл - Мошков переулок, 4 (у Эрмитажа).
Каледонский лес: м. Чкаловская, Петрозаводская ул., д.3Б и
м. Садовая, пер. Гривцова 22, вход во дворе(код домофона 22222)

...

Я не знаю, хочется писать о ней, много и как было, однако никогда не писал о человеке, без его согласия на то, если он был узнаваем.
Как теперь поступать я не знаю, помня как Елизавета Петровна не любила публичность и учитывая отсутствие у меня этических границ в письме. Теперь мне никогда не узнать, что было близкой, частной беседой, а о чем можно рассказать.
Но может быть сам посыл, облегчить печаль и донести и до других, понастоящему светлый, ясный образ Доктора Лизы, послужит мне неким оправданием. Я правда не знаю, о чем мне можно писать, а о чем нет...
Так, короткие отрывки из наших бесед.
Терпела ты мою болтливость всегда, прощала мне то, что другим не простила бы, потерпи, дорогая, еще немного. Мне ведь очень нелегко сейчас и я знаю, после этой фразы, ты бы кивнула головой.
Главное - кто бы не прочел это, помните - Доктор Лиза была вне политики. Всегда. Однозначно. Говорила что думала. И действовала так как говорила.

- Ты не поедешь со мной в Донбасс.
- Да пойми, у меня германский паспорт, кто меня тронет! Немцы за своих стоят, это ж скандалище будет, убили гражданина Германии, да тут весь Бундесвер...
Улыбается.
- Нет.
Лиза могла быть очень жестким человеком. В ней было море доброты, но мягкости не было, особенно если ты был здоров.
- Подумай, как я буду полезен, посмотри на мои руки, грузчик какой...
Лиза улыбается все так же.
- Однажды мы с водителем попали под бомбежку в пути. Выскочили из машины и просто схватили друг на друга в охапку и так, обнявшихся, нас засыпало землей. Пригодится тебе тогда, твой паспорт...
- Я тогда побегу за твоей машиной с гуманитаркой, следом.
- Тогда возьму.
Улыбается, конечно.


- Дети очень боялись людей в форме. Все равно какой.


Показывает мне осколки попавшие в машину. Искореженные, извращенные куски металла, величиной с половину Лизиной головы.
- Однажды мы ехали в автобусе и среди беженцев была цыганская семья. Отец держал на руках спящую дочку, лет четырех.
И вдруг, ты представляешь, у меня появляется непреодолимое желание взять ее на руки. Вот не могу просто - говорю цыгану "Дайте ее мне". Он, молча, передает мне ребенка.
И вдруг я вижу что девочка умирает. Я скорее аптечку, реанимировать - спасли. Вот что меня толкнуло, не знаю до сих пор.


- Лиза, давай как есть, своими словами называя, вот мы Православные с тобой, а ты чувствуешь какую-то награду за то что делаешь? Тебе прилетает обратно?
Задумывается. Наконец отвечает.
- Ты знаешь, все что я не затеваю, все удается.


Однажды я простудился в Москве. Зашел, ненадолго, в Фонд. Лиза схватила меня в охапку, усадила в кресло, заставила открыть рот - "А, ну все ясно!" и полезла в ящик с медикаментами. Напрыскала чем-то жгучим мне в горло и сунула мне в руки пакетик с лекарством.
Дала в дорогу пакетик с пирогами. Один был с вареньем, а другой с яблоками.
- Ты помни что ты можешь здесь жить. Приходи, ночуй, поешь.
- Я помню, тетя Лиза...


- Однажды мы вывозили из зоны арт-обстрела, группу детей из интерната для глухонемых. Была страшная жара, автобус переполнен и вдруг я вижу, что у детей, на руках которых фломастером были написаны имена, чтобы потом можно было сверить с регистрационной книгой, кого как зовут, откуда он, вдруг я вижу, как с каплями пота, текущими по их коже, эти имена тают...


Последние мгновения, когда мы видимся. Я еще не знаю об этом и она не знает. Она обняла меня.
- Мы тебя все любим тут, нет, не любим, больше...
- И я вас люблю...


Больше мы не увидимся. Тетя Лиза, когда придет мой час, встреть меня там, пожалуйста. С тобой мне ничего не страшно.
И прости, если сказал лишнего.
Я любя.0_5aee2_5cd6a87f_XXL

...

Каждого и прости, и благослови,
Вот тебе жизнь, вот тебе Бог над нею.
Нет ничего мучительнее любви,
Нет ничего прекраснее и сильнее.

Там где одна дорога, сомнений нет.
Хочешь – иди; не хочешь – и так протащат.
Лестница в небо строилась сотни лет
Лишь для тебя, помни об этом чаще.

Все поезда уходят не вдаль, но вверх.
Каждый решает сам, что закон, что случай.
Быть несчастливым – это смертельный грех.
Странно, что нас этому здесь не учат.

Сердца на всё не хватит, не торопись,
Только представь – собрался любить, а нечем.
Смерть не страшнее жизни, но тоже жизнь,
Выдохнешь этот ужас – и станет легче.

Выдохнешь этот страх, суету и боль –
Время-старьёвщик всякого обдирает.
Видишь, в сухом остатке одна любовь,
Только она одна, без конца и края.

Только она останется навсегда.
Поезд легко отчалит и не заметишь,
Как железнодорожные провода
Тянутся мимо жизни и мимо смерти...

(Лена Касьян)

"Трамвай желание"

6 декабря, на сцене Шпрехверка, спектакль театра "Aus dem nichts" "Трамвай желание".
Я иду, говорят это лучший спектакль за всю историю театра.
futTOyEqlaE


А пишу этот пост потому что в главной роли моя родственница Женя Франк, мама моей крестницы Анитки и мой друг, интеллигентнейший и тишайший Миша Домбровский, с которым меня вытолкали взашей из стрип-клуба.

Удалый баран не ходит без ран.

Пропустил тяжелый удар коленом в лицо.
В голове взорвалась граната, правда за пределы черепа не вышла, так как я все таки успел закрыться предплечьями иначе был бы тяжелый нокаут.
А так, мир покачалася немного, глаза поплавали в черепе автономно и встали на место.
Стою сейчас на остановке, автобус запаздывает, холодно, но здорово все равно.
Голова сладко гудит, нос медленно распухает, глаз заплывает потихоньку.
Дома ждет присланная от редактора рукопись, сейчас заварю себе крепкого чая, положу на череп что нибудь холодное и сяду работать до утра.
Жизнь прекрасна и счастье редко бывает таким полным.
За все - слава богу.
20141217_211632

...

как там без меня?

стены рушатся
окна настежь
в коридоре натоптано
я не могу назвать этих людей чужими,
но кто это? – я их не знаю.
может просто показалось, что знал,
ведь друг – это не человек,
это состояние души.
вот сейчас он – друг, а потом…
и не стоит расстраиваться,
стоит вспоминать.
друг – это чувство в груди, замри!
будь другом… будь…

стены рушатся
окна настежь
вещи в коридоре
поезд на перроне
шестое, седьмое, восьмое
вот оно – верхнее боковое.
снова в путь.
пусть тебя другие там берегут.
дом – это не место проживания,
это место внутри.
там где раз-два-замри-три-четыре,

мимо проносится земля
ты когда-нибудь напишешь:
«как там без меня?».

(Е. Мори)

...

Осень я ощутил вчера, когда ехал с друзьями на автобусе. И дело даже не в том, что с моей подачи мы сели не на тот маршрут и ехали в обратную сторону.
Просто нас ждал накрытый стол, а на нем сочащийся легким жиром плов из нежной баранины и раскинувшийся на блюде салат из свежих овощей, таких сочных и упругих что наверное их было приятно срезать острым ножом.
Мы ехали через лес, не в ту сторону, но это было не важно.
А важно было то, что рядом со мной были люди которых я люблю и они меня тоже и потому между нами в воздухе висела невидимая, золотая паутинка, покачивающаяся в такт движению автобуса, радовало и то что я уже овладел немецким настолько, что друг мой по имени Йенц, недавно сам защитивший докторскую, прозвал меня "философ" и впереди нас всех ждала дорога на праздник, а после, мне - на самолет.
Когда с тобой рядом друзья и дорога, обязательно где-нибудь рядом приблудится и счастье. Мягко и неслышно залезет в душу и начнет там ползать, щекоча лапками, как ручное, пушистое животное.
Я прошел к кабине водителя, чтобы узнать, куда мы все таки едем и тут мой взгляд упал на шоссе спешащее навстречу нашим колесам.
По бокам словно сизый дым клубился негустой лес, а впереди, прямо на голубоватый асфальт, покорно и ласково ложились солнечные лучи и мне показалось что я смотрю на мир сквозь прохладный, тонкого стекла бокал, заполненный белым вином.
Так всегда бывает, когда уже подбродивший август переходит в пронзительно чистый, прозрачный сентябрь.
"Осень" - неожиданно по русски сказал я вслух.
И Йенц, перехватив мой взгляд, улыбнулся, кивнул головой и заботливо поправил сползающий с коленей рюкзак.
"Осень" - снова прошептал я.
И мне показалось что где-то там, в сизой дымке леса, мой шепот смешавшись с шерохом шин по асфальту, а после и с шелестом листьев, заставил вздрогнуть серую птицу с гладким пером и она, закинув голову в прозрачное небо словно прося пить, широко расправила крыло.

...

Вступая в жизнь получаешь много щедрых подарков. Не сразу, постепенно. Но обязательно.
Халявная эйфория юности, всесилье молодости, ясный ум, крепкие зубы и здоровье. И ко всему этому - просто море времени.
Одни относятся к этим дарам как к игрушкам и играют в них пока колеса не отвалятся.
Другие, как к ресурсам.
Дожив до зенита своих лет, я не знаю до сих пор какие из них умнее.
Правда не знаю.
Суть в том, что однажды жизнь эти дары забирает обратно. Попользовались и хватит, надо передать их другим.
Забирает чаще всего в той же очередности что и дает. Сперва проходит эйфория, потом теряем зубы. Даже подаренное время отбирает жизнь назад, вспомните школьные зимние каникулы длиной в две недели - сам мир менялся за это время, а сейчас - это что такое? Пара выходных. И дальше будет только быстрее.
Люди, которые проиграли этими дарами как игрушками, просто сдают их обратно. Ничего, кроме ярких воспоминаний и послевкусия у них не остается.
Люди более рациональные, инвестируют время и силы во что-то, что может принести им какие либо плоды и у них что-то останется и после.
Казалось бы вторые умнее. Да вот как сказать.
В девяти случаях из десяти, выясняется что недохохотали юность, недобезумствовали в молодости. По сути только за то, чтобы у них остались деньги.

А нахрена в старости деньги-то, м?
Можно конечно сказать что для здоровья. Ок, дольше будешь старым.
Умны конечно те, кто инвестировал дары жизни в ее познание. Ну да ведь игрушки и развивающие могут быть запросто.
Конечно я принадлежу скорее к первым, чем ко вторым. Я не богат, ничего того, что считается престижным в этом мире я не заработал. Мое счастье что оно мне и даром не надо, но это другой вопрос.
Зато когда я смотрю как мои сверстники, садят, покряхтывая, свои старые жопы на хищные мотоциклы, играют в войнушку пуляясь из пластмассовых пистолетиков на разных пейнтболах, притоптывают за юными барышнями где неважно какая, главное чтобы ей было "до", я могу искренне над ними посмеятся. Все должно быть вовремя, это ведь тоже правда.
А я могу быть добрым, тихим, не резким. Каким угодно. Мне не нужен больше рев мотоциклов и даже его Величество Адреналин ничего нового мне не откроет.
За то сколькому учит тишина. И как она прекрасна. Как долго можно слушать дождь за окном, каждый раз другой - летний, ночной, порывистый штормовой и юный совсем, где бег быстрых капель в тишине, словно хлопанье маленьких детских ладошек по упругим листьям.
Я не осуждаю никого. Каждому ведь свое.
Просто мне кажется что качество жизни можно оценить только одним критерием - насколько ты счастлив. Не радостен, не доволен, не обожрат.
Именно счастлив. В жизни где счастье - как бытие.