Category: медицина

Category was added automatically. Read all entries about "медицина".

...

Я не знаю, хочется писать о ней, много и как было, однако никогда не писал о человеке, без его согласия на то, если он был узнаваем.
Как теперь поступать я не знаю, помня как Елизавета Петровна не любила публичность и учитывая отсутствие у меня этических границ в письме. Теперь мне никогда не узнать, что было близкой, частной беседой, а о чем можно рассказать.
Но может быть сам посыл, облегчить печаль и донести и до других, понастоящему светлый, ясный образ Доктора Лизы, послужит мне неким оправданием. Я правда не знаю, о чем мне можно писать, а о чем нет...
Так, короткие отрывки из наших бесед.
Терпела ты мою болтливость всегда, прощала мне то, что другим не простила бы, потерпи, дорогая, еще немного. Мне ведь очень нелегко сейчас и я знаю, после этой фразы, ты бы кивнула головой.
Главное - кто бы не прочел это, помните - Доктор Лиза была вне политики. Всегда. Однозначно. Говорила что думала. И действовала так как говорила.

- Ты не поедешь со мной в Донбасс.
- Да пойми, у меня германский паспорт, кто меня тронет! Немцы за своих стоят, это ж скандалище будет, убили гражданина Германии, да тут весь Бундесвер...
Улыбается.
- Нет.
Лиза могла быть очень жестким человеком. В ней было море доброты, но мягкости не было, особенно если ты был здоров.
- Подумай, как я буду полезен, посмотри на мои руки, грузчик какой...
Лиза улыбается все так же.
- Однажды мы с водителем попали под бомбежку в пути. Выскочили из машины и просто схватили друг на друга в охапку и так, обнявшихся, нас засыпало землей. Пригодится тебе тогда, твой паспорт...
- Я тогда побегу за твоей машиной с гуманитаркой, следом.
- Тогда возьму.
Улыбается, конечно.


- Дети очень боялись людей в форме. Все равно какой.


Показывает мне осколки попавшие в машину. Искореженные, извращенные куски металла, величиной с половину Лизиной головы.
- Однажды мы ехали в автобусе и среди беженцев была цыганская семья. Отец держал на руках спящую дочку, лет четырех.
И вдруг, ты представляешь, у меня появляется непреодолимое желание взять ее на руки. Вот не могу просто - говорю цыгану "Дайте ее мне". Он, молча, передает мне ребенка.
И вдруг я вижу что девочка умирает. Я скорее аптечку, реанимировать - спасли. Вот что меня толкнуло, не знаю до сих пор.


- Лиза, давай как есть, своими словами называя, вот мы Православные с тобой, а ты чувствуешь какую-то награду за то что делаешь? Тебе прилетает обратно?
Задумывается. Наконец отвечает.
- Ты знаешь, все что я не затеваю, все удается.


Однажды я простудился в Москве. Зашел, ненадолго, в Фонд. Лиза схватила меня в охапку, усадила в кресло, заставила открыть рот - "А, ну все ясно!" и полезла в ящик с медикаментами. Напрыскала чем-то жгучим мне в горло и сунула мне в руки пакетик с лекарством.
Дала в дорогу пакетик с пирогами. Один был с вареньем, а другой с яблоками.
- Ты помни что ты можешь здесь жить. Приходи, ночуй, поешь.
- Я помню, тетя Лиза...


- Однажды мы вывозили из зоны арт-обстрела, группу детей из интерната для глухонемых. Была страшная жара, автобус переполнен и вдруг я вижу, что у детей, на руках которых фломастером были написаны имена, чтобы потом можно было сверить с регистрационной книгой, кого как зовут, откуда он, вдруг я вижу, как с каплями пота, текущими по их коже, эти имена тают...


Последние мгновения, когда мы видимся. Я еще не знаю об этом и она не знает. Она обняла меня.
- Мы тебя все любим тут, нет, не любим, больше...
- И я вас люблю...


Больше мы не увидимся. Тетя Лиза, когда придет мой час, встреть меня там, пожалуйста. С тобой мне ничего не страшно.
И прости, если сказал лишнего.
Я любя.0_5aee2_5cd6a87f_XXL

Это же Мандельштам

На прошлой неделе был день рождения самого тонкого поэта прошлого века, Осипа Мандельштама.
Хочу рассказать вам об одном дне этого человека.
Общеизвестно, что он погиб в сталинском лагере и знаете, эту мысль я все время держал несколько в стороне от своего сознания, более чудовищного сочетания чем Мандельштам и лагерь и представить себе невозможно.
Но мой друг, так же поэт, лауреат Григорьевской премии Юрий Смирнов рассказал мне подробности его смерти.
В лагере свирепствовал тиф, не хватало не только пищи, но и воды.
Мандельштам потерял сознание возле нар, истощенный до последней степени, наверняка "опущенный" уголовниками за то, что воровал хлеб...
Мне страшно об этом говорить, поэтому и не буду, да речь и не о том.
Мандельштама перевели в лагерную больницу и он прожил там свой последний день.
Вы знаете, мне стало немного легче. Все таки, последнее что увидел и услышал поэт, были не крики надзирателей, не издевательства сокамерников, а больничная тишина и светлые ткани.
Ведь это, даже в лагерной больнице, наверняка было.
Конечно, дали попить. Оставили, наконец, одного.
Юра говорил, что возможно напротив, это был ужас что он не умер там, сразу, где упал, и этот день был последним издевательством в его жизни, проведенный в осознании всей обреченности и безвыходности своего положения.
А я думаю, что это был подарок.
Подарок человеку, который однажды, узнав что у его отца не было теплых вещей, прямо на улице снял с себя единственный теплый свитр и попросил передать ему.
Показания на следствии которого, в отличии от многих и многих, которых не возьмусь осуждать, были безупречны.
Человеку, который говорил: "Зачем пишется юмористика, ведь и так все смешно!"
Который однажды написал эти строчки: "...время вспахано плугом, и роза землёю была. Розы тяжесть и нежность в двойные венки заплела..."

Подумайте, после лагерного ада - день в тишине. Белые простыни. Вместо охранников - врачи. И дали, конечно ему дали попить.
Это был день как подарок, он воспринял его именно так.
Иначе и быть не могло. Это же Мандельштам

Доктор Лиза пишет

Нам КАТАСТРОФИЧЕСКИ не хватает лекарств и еды, средств ухода для беженцев и выписывающихся детей.

ПАМПЕРСЫ - размеры 2, 5. 6
САЛФЕТКИ ВЛАЖНЫЕ
КРЕМЫ ДЛЯ УХОДА ЗА ДЕТЬМИ

САНДИММУН НЕОРАЛ дозировка 325 мг таблетки - сколько сможете.

Консервы( овощные, рыбные, мясные)
Крупы, чай, сахао, сгущённое молоко)
Детское питани - от 0 до 12 месяцев - молочные смеси, фруктовые и овощные пюре.

Принести можно по адресу ул Пятницкая дом 17/4 стр 1. Метро Новокузнецкая. 495-953-94-86
с 10 до 21 часа в любой день недели

Спасибо всем, кто помогает.

И это не всё. Как вы знаете, мы вернулись из Донецка. Несколько детей невозможно было вывезти из за тяжести их состояния. Их трое и для того, чтобы дать шанс им выжить СРОЧНО нужны препараты для их лечения, которых уже нет в больнице

МИТОКСАНТРОН флаконы по 10 мг №8

ЛАНВИС( ТИОГУАНИН) таблетки по 0, 04 № 50 - 10 упаковок

6-МЕРКАПТОПУРИН таблетки по 0,05 № 25 - 10 упаковок

Стоматологи есть?

Вчера, на тренировке, получил в зуб и зуб теперь ничего не чувствует. Удар-то несильный был, а он стоит во рту, как чужой. Языком трогаю - "Больно?" Он - "Не очень" и дальше молчит. Но чувствую, зуб больше не мой. Пальцем потрогаю - шевелится.
Это пройдет или лучше его вытащить?

После тренировки

Мне совершенно ясно, как возраст скажет свое окончательное слово в моей спортивной жизни.
Форма будет терятся все быстрее, а восстанавливаться все медленнее. И вот однажды - крак!
Однажды, после веселого отпуска или банальной, унылой простуды, я вернусь в зал ослабший и мягкий и больше не соберусь.
Я буду выкладываться до предела душевных и физических сил, души моей хватит на это, а вот тело зевнет, и лениво посмотрев на самое себя, скажет: "Ах, отстань!"
Или просто встанет как старый осел и ни шагу, ни пинками ни колючками.

После отпуска или болезни спорт уйдет из моей жизни. Однажды.
Ну, начнется физкультура.
Тоже, очень не плохо.

В старости надо быть гибким как ребенок - Отобрали лопатку? Нашел себе палочку, назвал" копалкой" и счастлив дальше.

Доктор Лиза...

Петровна снова забрала из Донбаса на лечение в Москву, 9-рых тяжелобольных детей.
Нужна помощь.

"Мы вернулись. С нами 9 детей. Троим ОЧЕНЬ нужны коляски. Новорожденной девочке Насте с тяжелейшим заболеванием, Русику. которому два года, но он пока не сидит, и Егору, которму 12 лет, но ходит он не может совсем.Одежды у них тоже мало.
Помогите если есть такая возможность.
Спасибо всем. Критикующим, поддеривающим и нейтральным. И особенно - помогающим - вне зависимости от их убеждений." Елизавета Глинка.

Локоть, мазь и рукопашка.

Я тренируюсь 5 раз в неделю. Дело даже не в том, что однажды я сказал в одном из рассказов что мужчина должен всю жизнь готовиться к такой драке которая дай бог никогда и не случится и к встрече с такой женщиной, которую может быть никогда и не встретит, просто я люблю спорт сам по себе.
Чувствовать свое тело это прекрасно, изменять его способности по своему желанию это тоже вид творчества. А главное - это навык, готовность перестраивать и свой образ мысли и может быть - души.
В тяжелой атлетике я наконец нашел тот край моих врожденных способностей, который называется физиологическим пределом и это было радостно и грустно одновременно.
Я остановился на рабочем весе штанги в 110 килограмм и организм дал мне знать что способность к дальнейшему увеличению веса хотя бы еще на пару кило, он начнет черпать из моего здоровья. Или требуется допинг, а я никогда не баловался с химией.
И хотя я не чувствовал никаких болезненных эффектов, но как говорят, я стал часто тянуться правой рукой к сердцу, а изнутри мне что-то пошептало - "достаточно, ты смог"
Я сбавил вес и сразу почувствовал что гармония найдена.
Ну чтож, я всегда знал что низкий человек самоутверждается со своими друзьями, сильный - с врагами, а достойный - только с самим собой. На последнего и ровняемся.

Сейчас у меня возникла другая проблема, я много занимаюсь рукопашкой, о стиле говорить не буду так как люблю удивлять не только друзей, но стиль принципиально нов для меня, чем и заинтересовал. Так вот, там очень много нагрузки ложиться на локтевые суставы. Тренируюсь я добросовестно и упорно, собственно иначе есть ли смысл и к сожалению стал замечать что левый мой локоть болит при разгибании. Не так чтобы сильно, но явственно, а главное что-то шепчет мне что это не простое растяжение, тем более что я и не травмировал руку последнее время.
Боль тупая, я замечал ее и раньше, чувствую сигналы уже несколько лет, но сейчас они стали явственней.
К немецкому врачу не пойду - я давно уже ушел из приватной страховой медицины, а значит это займет уйму времени которого жаль, а главное - наверняка мне выпишут обычное обезболивающие, знаю я их.

Ребята, если среди вас есть спортсмены, перемогшие сию неприятность или врачи могущие дать дельный совет, буду благодарен.
А пока кошусь на чудесную мазь подаренную мне иудейской волшебницей по имени Марианна, мазь из Тайланда, контрабандную, так как в ней запрещенные вещества - кусочки настоящего тигра.
Я уверен что она поможет, однако так не хочется дербанить такой сувенир.
У меня ведь уже собрался небольшой музей из волшебных вещиц, подарков и найденышей. Ну чего только стоит морской камень с настоящими, удивленными глазами, наденный мной на берегу Черного моря, волчья куртка Хирурга, маленькая туфелька Марты (старый рабочий ноутбук, на котором набраны большинство ее книг, я тоже выклянчил и печатаю сейчас сей текст с него, типо "Трубка Мегрэ") или сигара Дмитрия Воденникова, которую он мне обещал и таки привез. Поэты за базар отвечают, да.
Так вот - народ, как мне вылечить локоть без лишних трат или "Изя - все" и зовите меня теперь "однорукий бандит"?

...

Когда лечу на самолете, всегда стараюсь сесть у окошка. Все время жду неуловимый миг когда самолет отрывает шасси от земли. Какое-то чудо, волшебство.
Такая махина рокочущая и - раз!
И никогда не заметишь когда именно, вот ты только что ехал, а уже летишь. Мгновенный переход из одного состояния в другое.
И тяжело не только заметить, но даже поверить в это. Многотонные самолеты летают. Железяки- корабли не тонут. Из такой забавной, смешной малости - хоп, и орущий человек через девять месяцев.
Невероятно-же, но факт.
И тоже - неопределишь этот миг "когда". И главное чудо только возникло, а уже норма. Ну, вот только что ехал, а лечу уже. Лечу в самолете, эка невидаль.
Но вот этот самый миг когда самолет отрывает шасси...
Нет, не поймаешь мгновение это.
Тяжело определить границу между засыпанием и сном.
Так же наверное, как между жизнью и смертью.

На злобу дня

Все таки утешитель из меня никакой. В том числе и дамский. На все - "мне чудовищно плохо", "что мне делать, голова раскалывается", и " я на грани уже" - у меня один ответ: "Ги-ги-ги! Все фигня!"
Может быть потому что действительно считаю что есть только три настоящие беды - смерть, болезнь и злая душа, а все остальное лишь неприятности, может потому что мне самому достаточно, чтобы в редкие минуты когда я пал духом, друг хлопнул меня по плечу и сказал: Да все в порядке! - и я выправлюсь.
Но я правда не люблю болтунов и многословов, ну ни разу в жизни не видел дельного человека из числа любителей и мастеров поговорить. Если есть возможность, помогать надо делом. И трепаться об этом поменьше.
А если помочь тебе некому, вспомни только что есть на свете смерть, болезнь и отягощение злом и сам скажешь: "Ги-ги-ги! Все фигня!"

Нет - войне.

Доктор Лиза: doctor_liza в Нет - войне.
  "Моё личное мнение мало что может изменить в этом мире.
И тем не менее, я попробую призвать все стороны к прекращению огня.
 Пожалуйста, остановите военные действия. Лучше насовсем, но если это невозможно, то на неделю - десять дней -  хотя бы для того, чтобы оказать квалифицированную медицинскую помощь всем раненым, Доставить их в профильные больницы,  чтобы эвакуировать гражданских лиц, которые стали заложниками непрекращающихся боёв. Для организации нормальных гуманитарных коридоров и доставки медикаментов, детского питания. Для того, чтобы похоронить погибших.
И для того, чтобы сохранить всем тем, кто сейчас на Юго-Востоке право на жизнь.
От имени всех матерей, пишущих и молящих о помощи, от имени всех раненых, которые нуждаются в помощи, от имени больных, у которых нет лекарств, от имени врачей, у которых нет сил , от имени всех, кто понимает, что дороже жизни нет ничего на свете.
Прислушайтесь. Помогите. Остановите войну."


59.53 КБ
На этом фото: Ковалёв Михаил Георгиевич (хирург, зав. отделением хирургии ЦГБ им. Ленина г. Славянска), держит на руках мертвую девочку. Ее убило осколком снаряда, когда она пришла за водой к водовозу. Девочку звали Полина.
Ребенок просто хотел пить...
Больницы, где оперировал Михаил Георгиевич, уже нет – ее разбомбили.