С-нежный человек (domminik) wrote,
С-нежный человек
domminik

Categories:

Мой Дракон.

В детстве я верил в драконов. Они были для меня так же реальны, как сейчас логарифмы.
Даже более реальны, потому что про логарифмы я просто знаю, что они где-то есть и даже как-то помогают человеку, а вот драконы были вполне реальны.
У меня был свой Дракон. Иногда, когда я оставался один, где то на границе яви и засыпания, я чувствовал его присутствие, по его необьятному но теплому дыханию похожему на спокойную музыку. Он был огромен, мой дракон, я знал что если он распустит крылья, то он закроет собой все небо, кроме солнца, потому что дракон он добрый конечно и не захочет кому нибудь застилать солнце. Ну, разве что в шутку.
У него были огромные, мохнатые птичьи лапы и жаркое, грозное лицо, похожее на ящера и на птичий клюв одновременно.
И большие, спокойные глаза.
Дракон был мудр, а как могло быть иначе, ведь он был огромен - со своей высоты, он видел землю как карту и людей как маленьких, копошашихся червячков на ней. И он был добр, потому что мог одним своим глубоким вздохом, спалить полгорода но он всегда дышал осторожно.
Я был маленький, восьмилетний человек и меня он конечно не видел. А он был таких гиганттских размеров, что я его тоже не видел. Мы друг друга чувствовали.
Когда приближалась гроза, и в небе начинали ворочаться тяжелые, разбухшие раскаты грома, я знал что это мой дракон разыгрался.
Я выходил на деревянное, дачное крыльцо и ждал когда он первыми, тяжелыми каплями дождя, как кончиками пальцев, коснется моего лица и как побегут они как маленькие, веселые ящерки по моей шее и скользнут мне за воротник. Я подставлял ладонь и по ней начинали озорно хлопать, маленькие ладошки летнего дождя, я закрывал глаза и мир становился только их прикосновением и шумом дождя, время от времени капля озорно шлепала меня по закрытому веку и соскальзывала в щелочку глаза, мне почему-то казалось что глаза после дождя должны быть помыты как окна и когда я открывал их, все действительно становилось более ярким и живым. Дрожали от хохота зеленые листья на деревьях, пузырились жизнерадостные лужи на потемневшем асфальте, взрывались прозрачные шарики и асфальт промокнув совсем, становился похожим на бок гигантской рыбы.
И все это напоминало мне о моем Драконе, огромном, добром, только сейчас у него не лады - грозу устроил.
Когда меня наказывали родители, Дракон меня всегда жалел.
Он становился компактным, садился на край моей кровати и закрывал меня крыльями как темнобордовым шатром. И просто дышал мне, своим теплым, легким дыханием в щеку.
Мне становилось щекотно и я веселел. И вместе со мной веселел мой Дракон, складывал крылья и лизнув мне лицо на прощанье, оставив влажный след на щеках, улетал.
... Мой дворовой друг, одноклассник Сережка Чистяков, смеется: "Драконов не бывает! Это сказки про Змея Горыныча"
- Змей Горыныч это фольклёрный персонаж и он был плохой, а мой - добрый. Динозавры же были!
- Гыыы! Дурачок! Я не верю!
Они, с моей подьездной соседкой, белобрысой Олькой Берзинь, смеются надо мной.
- Айда на "Разрез"- купаться!
Я скептически смотрю на хныкалу Ольку, но куда её девать, соседка, все- таки...
Три велосипеда - "Школьник" (название унижающее человеческое достоинство но функционален), туго-педальная Олькина "Кама" (только стоя!) и папин "спортивный" (моя гордость), катят через залитую жарким казахстанским солнцем степь, к голубому озеру. Жарко, в воздухе повисло стрекотание кузнечиков, завидя нас, юркают в норы, смешно задирая задние лапки, часовые суслики.
Накупавшись вдоволь и вытряхнув песок их сандаликов, нужно успеть вернуться до того как придут с работы родители.
Походы на "Разрез" в 8- летнем возрасте, жесточайшее табу, как и папин велосипед "спортивный" и пускай у меня еще ноги до педалей не достают и я езжу "под рамой" я его обязательно "угроблю", а сам, естественно, утону в озере. И не известно что хуже - поломать папину любимую игрушку или потонуть - за велосипед папа будет целый час отчаянно орать, забыв что он конструктор, а утонуть это вобще запредельно и поэтому не так страшно.
На обратном пути, замечаем, что стало не так жарко, неожиданно потемнело, а главное никого рядом нет. Даже сусликов. Степь затаилась в ожидании летней грозы.
Пол- неба закрыла могучая, тяжелая туча, иссиня-черного цвета. У нее крутой лоб исполина- бизона и застывшие клубы черного дыма из огромных ноздрей. Она начинает тяжело ворочаться в воздухе, грозно урча.
Мы не можем крутить педали полчаса. Мы еще маленькие, а мне "под рамой" еще и неудобно.
Но мы не делаем привала, не ловим обнаглевших от зноя кузнечиков, мы торопимся домой.
Все вокруг шепчет "Сейчас, что-то будет..."
Олька Берзинь, неожиданно останавливается и закрывает голову ладошками. Мы соскакиваем с великов.
- Я боюсь...
- Га! Через десять минут дома будем.
- Нет, я пешком. Когда я еду на велосипеде... оно... - Олька показывает на огромную тучу нависшую над степью - за мной гонится...
Паникеров- за борт И женщина на корбале - несчастье.
Олька, своим указательным пальчиком ткнувшим в набухшее дождём небо, переносит нас Сережкой в другой мир. И там неуютно. Жутко просто, прямо скажем.
Действительно, когда мы вскакиваем на велики и разогнавшись, оглядываемся, создается полное впечатление, что гигантское нечто, раскинувшееся на пол- неба и уже проглотившее солнце, безмолвно гонится за нами и вот- вот вытянет свою чёрную, нелепую лапу и сцапает нас. Степь, редкие, высохшие карагайники похожие на протянутые к небу руки скелетов и замершая, притихшая трава под чёрным небом.
Мы с Сережкой переглядываемся и молча слезаем с великов.
Пусть попадет дома. Нельзя же допустить, чтобы за нами молча гналось это устрашающее нечто.
Олька хныкает. Она вобще часто хныкает и боится всего. Весь подьезд знает, что её бьют дома. Кожанным ремнем. У нее родная мать хуже мачехи. Она работает в магазине и у нее страшная, непонятная работа, с названием "товаровед".
Варит муравьеда в одном котле с вором и варваром...
А папы и вовсе нет. Не заступится.
У меня круглое лицо и большая голова. Поэтому я кажусь своим ровестникам рассудительней и старше. Мне тоже страшно но у меня есть то, чего нет у них...
Я обнимаю плачущую Ольку "потоварищески", за плечо.
-Оля, не бойся, он только с виду страшный. Он просто хочет с нами поиграть...
-Кто "он"?
-Мой дракон - говорю как выдыхаю я и гордо смотрю на Сережку.
Сережка испугано но серьезно смотрит на меня, потом на грозовое небо и... кивает головой...
Чего в дракона верить - вон он, летает!
-Расскажи про него... - просит Оля...

Когда мы пришли домой, драконов было уже трое. И все разные. Но они дружили в своем запредельном небе, потому что все трое были хотя и могучие но добрые и тёплые.
А как же иначе?
Tags: Звон невидимых колокольчиков., Мои медитации.
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic
  • 15 comments